ТОП 20 статей сайта

 • Сочинения по литературе
 • Филология - рефераты
 • Преподавание литературы
 • Преподавание русского языка

Вы просматриваете сокращённую версию работы.
Чтобы просмотреть материал полностью, нажмите:

 НАЙТИ НА САЙТЕ:


   Рекомендуем посетить






























































Филология

Статья: Стилистические и лингвопереводческие особенности теонимов (на материале Книги Псалмов)

Добавлено: 2019.01.28
Просмотров: 15

И.М. Пиевская, Воронежский экономико-правовой институт

Невозможность абсолютной передачи лингвокультурной специфики художественного текста на другом языке не вызывает сомнений. Понятно, что в данном случае можно говорить не столько о формально-содержательной тождественности текстов, сколько о конгениальности перевода оригиналу. Объективные трудности при достижении адекватного, художественно значимого перевода связаны с органическим единством изображаемого и средств выражения в канве литературного произведения, а также со спецификой культурных факторов, определяющих функционирование текста в лингвокультурной среде [6, 198-199]. Указанные особенности рассматриваются на фоне структурных различий и лингвостилистических наслоений, “навязываемых” тексту языками перевода.

Актуальность исследования библейских текстов в переводных языках обусловлена несомненной языковой и художественноэстетической значимостью данных произведений в культурах различных народов. Так, Библия занимает лидирующее положение среди наиболее цитируемых источников в английском языке и литературе, породив огромное количество фразеологизмов и стилистических средств, а также представляя особый интерес для теоретиков и практиков перевода.

Рассмотрим некоторые лингво-переводческие особенности местоимений и имен существительных, относящихся к описаниям Всевышнего, в стилистической структуре Псалмов.

Книга Псалмов относится к разряду поэтических книг Библии, являя собой не только религиозное (псалмы были предназначены для обрядовых песнопений, исполняемых при храме левитами), но и художественно-лирическое произведение. Псалмы Давида проникнуты глубоко личностными, внутренними переживаниями, повествуя о живых, драматических отношениях человека и Бога. Теоцентричные по своей природе, библейские тексты в целом изобилуют обращениями и ссылками на Всевышнего, а потому, как правило, оставляют за первым лицом повествователя второстепенную роль. Данный факт может быть частично объяснен понижением индивидуального статуса человека в религиозном дискурсе. Как ни в какой другой книге, в Псалтыри сплетают причудливые стилистические нити местоимения первого и второго лица единственного числа во всей парадигме их форм, высвечивая динамическую оппозицию создания и Создателя.

I have called upon thee, for thou wilt hear me, O God: incline thine ear unto me, and hear my speech (17:6).

К Тебе взываю я, ибо Ты услышишь меня, Боже; приклони ухо Твое ко мне, услышь слова мои (16:6) Thou hast seen it; for thou beholdest mischief and spite, to requite it with thy hand: the poor committeth himself unto thee; thou art the helper of the fatherless (10:14).

Ты видишь, ибо Ты взираешь на обиды и притеснения, чтобы воздать Твоею рукою. Тебе предает себя бедный; сироте Ты помощник (9:35) Местоимение второго лица единственного числа thou, его объектный падеж thee, относительная и абсолютная формы притяжательного местоимения thy и thine, усилительное и возвратное thyself имеют узуальную функциональностилистическую коннотацию в обращениях к Богу, создавая архаизирующую приподнятую тональность. Нельзя не отметить и повторы указанных местоимений, выполняющих, в свою очередь, ритмико-усилительную фукнцию. Примечательно, что они переведены на русский язык соответствующими местоимениями второго лица единственного числа, вероятно, подчеркивающими интимный регистр общения адресата и адресанта. Что касается местоимения второго лица множественного числа, то в английском варианте перевод его представлен другой формой. Местоимение уе используется уже по обращению ко всем остальным: к людям (обычно к “праведникам” либо народу Израилеву в целом, представителям власти (“князья народа”, “цари”, “судьи земли”) либо “нечестивым”) или к персонифицированным неодушевленным предметам. Как правило, употребление этого местоимения сопровождается усилением художественной выразительности. Можно предположить, что выбор варианта перевода в данном контексте обусловлен не только структурными особенностями английского языка на определенном этапе его развития, но и коммуникативно-прагматической ситуацией.

Ye that fear the LORD, praise him; all ye the seed of Jacob, glorify him; and fear him, all ye the seed of Israel (22:23).

Боящиеся Господа! восхвалите Его. Все семя Иакова! прославь Его. Да благоговеет пред Ним все семя Израилево! (21:24) O ye sons of men, how long will ye turn my glory into shame? how long will ye love vanity, and seek after leasing? Selah. (4:2) Сыны мужей! доколе слава моя будет в поругании? доколе будете любить суету и искать лжи? (4:3) Why leap ye, ye high hills? this is the hill which God desireth to dwell in; yea, the LORD will dwell in it for ever (68:16).

Что вы завистливо смотрите, горы высокия, на гору, на которой Бог благоволит обитать и будет Господь обитать вечно? (67:17) Как видно, иногда в данных обращениях в русском варианте перевода форма личного местоимения ye эксплицитно не представлена.

Коннотации местоимений, как известно, исторически изменчивы и связаны с теми или иными коммуникативными установками. В библейских текстах, как видно, они являются выразителями субъективных устремлений, чувств и убеждений повествователя по обращению к содержанию высказывания, адресантам и общей коммуникативной ситуации.

Современный Русский перевод (осуществленный Российским Библейским Обществом в 1993 году) не обнаруживает различий с Синодальным вариантом на уровне передачи местоимений, в то время как английская версия New King James содержит только одно современное английское местоимение – you, стирающее отмеченные выше дифференциации в обращениях к разным адресатам. Данные факты можно объяснить, пожалуй, стремлением к унификации и в определенном смысле популяризации библейских текстов, приближая их к современному читателю.

Ряд переводческих особенностей можно отметить и на графическом уровне в английском и русском текстах Псалмов. Русский Синодальный перевод, в отличие от версии Короля Иакова, выделяет все местоимения, относящиеся к Богу, заглавной буквой. Ею же отмечены и обозначающие Творца существительные – the Lord, God ‘Господь, Бог’, причем в соответствующем английском варианте в слове LORD – все буквы заглавные.

Why standest thou afar off, O LORD? why hidest thou thyself in times of trouble? (10:1) Для чего, Господи, стоишь вдали, скрываешь Себя во время скорби? (9:22) Как видно из указанных примеров, русский вариант перевода придает значение заглавной букве как в именах существительных, так и в местоимениях. Версия короля Иакова выделяет только обозначения, а также обращения к Богу, ограничиваясь, таким образом, только существительными. Новая версия короля Иакова приближается к графическим канонам русских переводов.

Ряд расхождений в переводе можно заметить и на примере слов-обозначений Бога в ветхозаветном тексте. Сравним английские и русские варианты названий с оригинальными наименованиями:

Англ. Рус. Иврит LORD Господь אדוני ,אלהים God Бог יהבה (не произносимое иудеями) Sabaoth Саваоф צבאות Во всех книгах Ветхого Завета можно найти два главных названия Божественной сущности – אלוהים (Elohim) и יהבה (Yehovah). Элохим – множественное число от אל (El’) и אלף (Eloah) (ср. араб. “Аллах»). Элоах есть позднейшая поэтическая форма (Неем. 9:17, 4 Цар. 22:15, евр. текст). Также встречаются формы אלום (Elom ‘мой Бог’) и более краткая форма – אל (El’), например, Эль-Шаддай ‘Бог Всемогущий’. Под этим именем, Бог, по преданию, открывался патриархам (Быт. 17:1, 28:3: “Являлся Аврааму, Исааку и Иакову с именем Эль-Шаддай [Бог Всемогущий], а с именем Иегова [Господь] не открылся им” – Исх. 6:3). Слова Эль, Элоах и Элохим буквально означают “могущественный” (производные от одного корня еврейского слова אל “аль” ‘сильный’) или же ‘достойный почитания, поклонения’ от корня “алах” (араб. “алиха”), обозначающего “бояться” или “почитать”.

יהבה (Yehovah) – Иегова – ‘Сущий, вечно неизменяемый’. Еврейское слово, вероятно, являет собой форму будущего времени от глагола הבה (“хавах”), т.е. ‘быть’: יהבה (“йехвех” ‘Он существует’) - так Всевышний называет Себя в Исх. 3:14 (“Я есмь Сущий”) или יהבה (“йахвех” ‘Он дает существование’, следовательно, ‘дающий жизнь’). Неизвестно, каким из этих двух вариантов пользовались для толкования древние евреи, но ясно то, что это имя считалось настолько святым, что никогда и нигде не произносилось под страхом смерти. Интересно, что в еврейской Библии, где встречается это таинственное слово (Ихвх), иудеи читают אדוני (Adonai ‘Господь’); если же в еврейском тексте Библии написано יהבה אדוני Adonai Yahveh, то читают Adonai Elohim (‘Господь Бог’), например, в Ис. 50:4 и т.д.. Слово JHVH в раввинских сочинениях называется “имя”, “четырехбуквенное имя”, “особенное имя” и т.д.. Такое понимание этого имени, по-видимому, произошло от толкования сти