ТОП 20 статей сайта

 • Сочинения по литературе
 • Филология - рефераты
 • Преподавание литературы
 • Преподавание русского языка

Вы просматриваете сокращённую версию работы.
Чтобы просмотреть материал полностью, нажмите:

 НАЙТИ НА САЙТЕ:


   Рекомендуем посетить






























































Филология

Статья: Этнокультурный репертуар немецких прагматонимов

Добавлено: 2020.01.17
Просмотров: 5

О.И. Быкова, Воронежский государственнный университет

Проблема языковой семантики приобретает новое осмысление в русле новой научной парадигмы, связанной с усилением антропо- и этноцентризма, развитием когнитивной лингвистики, изучением взаимодействия языкового и неязыкового знания в ментальных структурах сознания человека. “Формирующаяся в сознании человека система концептуальных связей и категоризация объективных сущностей основана на познании онтологии объектов, следовательно, на человеческих представлениях об их существенных свойствах (связанных в той или иной степени с этническими особенностями культуры и национального менталитета) ” [10, 58]. Интерпретирующая этноментальная деятельность человека при познании объективных сущностей и отношений между ними, изменения в культурном пространстве народа оказывают влияние на развитие и специфику функционирования языковых структур. Антропологическая направленность современной лингвистики имеет когнитивный и культурологический аспекты, что и определяет её ключевое значение в перспективе дальнейших исследований языка как результата лингво-креативной деятельности сообщества говорящих индивидуумов в разных условиях существования и развития культуры.

Культурная семантика нацелена на изучение того, как осуществляется носителями языка референция языковых знаков к концептам культуры, и предполагает взаимодействие и взаимодополняемость двух подходов – когнитивнодискурсивного и лингвокультурологи-ческого.

Обусловленность вербализации когнитивных структур как маркеров понимания и этнической специфики мышления, производной от реального мира, “лингвокогнитивной и этнокультурно маркированной ассоциативной компетенцией носителей концептуальной системы” [17, 144], ставит нас перед необходимостью описания участия различных групп вторичных номинант в категоризации сфер жизнедеятельности представителей конкретной лингвокультуры.

Исследование коннотативной семантики в плане культурной семантики, понимаемой как система семантических следствий, культурных предпочтений носителей языка, необходимо для выяснения “коннотативного репертуара” той или иной лингвокультурной общности в реальных условиях общения [14].

В нашем определении этноконнотация – особый тип культурной коннотации, многомерная структура которой содержит этноконнотат (ЭК), вызывающий в сознании коммуниканта отнесённость языковой единицы к определённому культурному пространству. ЭК как макрокомпонент этноконнотации включает образную составляющую, маркированную ингерентными признаками-спецификаторами культурноисторического характера: территориальной отнесённости (локус), временной отнесённости (темпус); а также этноэмотив (ЭЭ), функционирующие в определенном социуме и сфере употребления культурного концепта, и отмеченные соответственно признаками социолект и функциолект.

По результатам анализа количественных характеристик вербализации концептов немецкой культуры установлено, что наибольшее количество сфер концептов репрезентировано этноконнотированными прагматонимами (25 сфер). Прагматонимы интерпретируются 7-ью кодами культуры: духовный, акциональный, флороморфный, предметный, цветовой, одорический, вещественный код. Ассоциативное переосмысление денотативного содержания при вторичном именовании прагматонимов обусловлено знаковой сущностью артефактов, обладающих этноспецифической символической значимостью и многоплановостью их семиотических функций Под термином прагматонимы мы вслед за Н.В. Подольской [11, 110] понимаем условно объединяемые группы номинативных единиц, имеющих денотаты в прагматической сфере деятельности человека: предметы домашней утвари, мебель, продукты питания, одежда, точки питания.

Предметы домашней утвари, в частности посуда, инструменты и приспособления, отно сятся к реальным знакам внешнего мира (“реалемам”) с особым семиотическим статусом. Им принадлежит “первичное” символическое значение. Культурная (символическая) семантика слова, обозначающая реалию предметным (вещным) кодом культуры – “лишь отражение символического значения самого предмета” [15, 293]. Объекты и предметы, в том числе повседневнего обихода, обозначаемые предметным кодом, “несут в дополнение к природным их свойствам функционально значимые для культуры смыслы, придающие обозначающим их именам роль знаков “языка культуры” [4, 113].

Символические значения предметов “могут быть тождественными семантике вербальных элементов, а могут создавать с ними сложное синкретическое целое” [15, 291], что нашло практическое подтверждение во многих исследованиях [12, 16, 3 и др.].

От “символической нагруженности” предмета в реальном (“вещном”) коде традиционной модели мира, от многообразия и частоты его ритуальных применений с богатыми символическими смыслами или сакрализованностью зависит неслучайность (мотивированность) разнообразия номинаций [18, 299].

Из проведённого нами анализа этноконнотированных семем, актуализируемых во вторичной номинации прагматонимами группы “Предметы домашней утвари” следует, что они категоризируют следующие сферы:

1. Денежные единицы На основании признака “форма” лексема das Rad в денотативной семеме Д1 ‘колесо’, при вторичном именовании в арго (das Rotwelsch) в 1716 г. [27, 577] К1 означает ‘der Taler, денежная единица, талер’ и восходит к идиш rat = Taler как сокращённая форма от Reichstaler или Radergulden, введённой в XVII в. в г. Майнце монеты с геральдическим изображением колеса, герба г. Майнца, (mit dem Mainzer Rad, dem Mainzer Wappenbild) [28, 647]. ЭК маркирован признаками-спецификаторами темпус (1700 г.) и функциолект (арго).

Лексема der Lappen в Д1 ‘[minderwertiges], kleineres Stück Stoff, Leder oder Ähnliches, небольшой, не имеющий ценности кусок материи или кожи, тряпка’, во вторичной номинации репрезентирует этноконнотированную семему К1 ‘der Geldschein [mit größerem Wert], денежная купюра [большей стоимости]’: für die paar LappЭeтnн aоrкbоeнiнteо тicиhр оnвicаhнtн [ы22м,и 9 2я7в]л. яются семемы, актуализируемые в именных атрибутивных фразеосочетаниях с компонентом Lappen:

1) blauer Lappen, дословно ‘синяя тряпка’, в К1 ‘der Hundertmarkschein, денежная купюра достоинством в 100 марок’. Основанием для образной составляющей служит, с одной стороны, признак “цвет”, синяя грунтовая краска купюры, с другой стороны, недостаточная прочность (бумаги): “die ersten Ausgaben wurden im Verkehr bald unansehnlich und lappig wie Lumpen” [28, 483]. После того как в 1910 г. в денежное обращение были пущены купюры из более плотной бумаги, старое обозначение купюры сохранилось. ЭК маркирован признакамиспецификаторами темпус (до 1910 г.) и функциолект (фамильярно-разг.); 2) brauner Lappen, дословно ‘коричневая тряпка’, в К1 ‘der Tausendmarksch, купюра в 1000 марок’. Внутренняя форма ЭК детерминирована признаком “цвет”: до 1919 г. коричневый цвет был распространённым цветом денежных купюр Германии. ЭК отмечен признаками-спецификаторами темпус (до 1919 г.) и функциолект (фамильярноразг.).

Лексема die Kohle в Д1 означает ‘der Brennstoff, der im Lauf langer Zeiträume aus Holz oder an deren pflanzlichen Stoffen unter Luftabschluß entstanden ist’ [31, 761]: Kohlen feuern, mit Kohlen heizen [22, 857], ‘горючее, топливо, которое на протяжении долгого времени образовывалось из дерева или других растительных веществ без доступа воздуха’.

Первоначально слово обозначало ‘die im Haushalt hergestellte Holzkohle, древесный уголь, производимый в домашнем хозяйстве’, и засвидетельствовано у всех германцев, кроме готов: герм.٭ kula(n) (Holzkohle), древневерхненем. kolo, англ. coal, шведск. kol, датск. kul [27, 388]. Уголь считался таким же необходимым продуктом как продукты питания и другие материальные блага. В XVIII в. было зафиксировано выражение: “Der Schornstein muß rauchen” [28, 442] означающее, что без денег, пищи и т. д. нельзя прожить, и то, что угли значат для печи, значат для человека деньги. Тот, кто испытывает недостаток в угле, живёт в бедности. Уголь первоначально как невербальный предметный код культуры, выполнял роль знака-заместителя денег, так как предметы, используемые в качестве денег, всегда связаны с уровнем развития общества и его культурой [9, 132]. Во вторичной номинации (в К1) die Kohle на основании признака “жизненно необходимый” означает ‘das Geld, деньги’: die Kohlen verdienen müssen; er hat genug Kohlen [22, 857]. Образная составляющая ЭК интерпретируется когнитивной структурой стереотипа обыденного сознания носителей языка, ассоциативно связанного с представлением об угле как жизненно необходимом предмете. ЭК отмечен признакомспецификатором функциолект (фамильярноразг.).

2. Местность (географическое положение) Лексема der Pott в Д1 ‘der Topf, topfartiges Gefäß (norddeutsch), горшок (северогерм.)’ восходит к заимствованию из вульгарной латыни potus = das Trinkgefäß (‘сосуд для питья’). Во вторичной номинации лексема репрезентирована этноконнотированной семемой К1 ‘der Pott, das Ruhrgebiet, verkürzt aus Ruhrpott, Рурская область’ [28, 751], сокращённая форма с усечённым первым компонентом Ruhr-. Основой образной составляющей является признак “форма”: ‘geschwollen, вздутый, разросшийся’ от глагола schwellen = ‘groß werden, sich ausweiten, sich ausdehnen, разрастаться, расширяться’. В данном случае употребления вторичной номинанты der Pott для обозначения местности, географического положения, предметный код тесно взаимодействует с пространственным кодом культуры. ЭК маркирован признакомспецификатором темпус (1920 г.).

В русской культуре горшок – “один из наиболее ритуализованных предметов домашней утвари, связан с символикой печи, очага и земли, осмысляется как вместилище души и духов” [13, 526]. Важнейшим принципом осмысления горшка и посуды в целом является антропоморфизм: ломаный горшок – брошенная жена (Каргополь).

3. Социальные отношения (отказ в ч.-л.) Традиционно сложившиеся связи предметной символики с социальными отношениями внутри лингвокультурной общности подтверждает наличие тесного взаимодействия между предметным и духовным кодом культуры. Лексема der Korb как производящая денотативная семема Д1 ‘корзина’ порождает этноконнотацию на основании ритуальной символики обычаев наказания, в которых использовалась корзина. Как атрибут многих ритуалов немецкой культуры корзина приобретала различные символические значения. В ритуале искупления грехов (Sühnenritus) использовалась “корзина позора” (der